Публий Корнелий Тацит  О происхождении германцев и местоположении Германии.

 

1. Германия отделена от галлов, ретов и паннонцев реками Рейном и Дунаем, от
сарматов и даков — обоюдной боязнью и горами; все прочие ее части охватывает
Океан, омывающий обширные выступы суши и огромной протяженности острова с
некоторыми, недавно узнанными нами народами и царями, которых нам открыла война.
Рейн берет начало на неприступном и крутом кряже Ретийских Альп и, отклонившись
на небольшое расстояние к Западу, впадает в Северный Океан. Дунай, изливаясь с
отлогой и постепенно повышающейся горной цепи Абнобы, протекает по землям многих
народов, пока не прорывается шестью рукавами в Понтийское море; седьмой проток
поглощается топями.

2. Что касается германцев, то я склонен считать их исконными жителями этой
страны, лишь в самой ничтожной мере смешавшимися с прибывшими к ним другими
народами и теми переселенцами, которым они оказали гостеприимство, ибо в былое
время старавшиеся сменить места обитания передвигались не сухим путем, но на
судах, а безбрежный и к тому же, я бы сказал, исполненный враждебности Океан
редко посещается кораблями из нашего мира. Да и кто, не говоря уже об опасности
плавания по грозному и неизвестному морю, покинув Азию, или Африку, или Италию,
стал бы устремляться в Германию с ее неприютной землей и суровым небом,
безрадостную для обитания и для взора, кроме тех, кому она родина?

B древних песнопениях, — а германцам известен только один этот вид повествования
о былом и только такие анналы, — они славят порожденного землей бога Туистона.
Его сын Манн — прародитель и праотец их народа; Манну они приписывают трех
сыновей, по именам которых обитающие близ Океана прозываются ингевонами,
посередине — гермионами, все прочие — истевонами. Но поскольку старина всегда
доставляет простор для всяческих домыслов, некоторые утверждают, что у бога было
большее число сыновей, откуда и большее число наименований народов, каковы марсы,
гамбривии, свебы, вандилии, и что эти имена подлинные и древние. Напротив, слово
Германия — новое и недавно вошедшее в обиход, ибо те, кто первыми переправились
через Рейн и прогнали галлов, ныне известные под именем тунгров, тогда
прозывались германцами. Таким образом, наименование племени постепенно
возобладало и распространилось на весь народ; вначале все из страха обозначали
его по имени победителей, а затем, после того как это название укоренилось, он и
сам стал называть себя германцами.

3. Говорят, что Геркулес побывал и у них, и, собираясь сразиться, они славят его
как мужа, с которым никому не сравняться в отваге. Есть у них и такие заклятия,
возглашением которых, называемым ими «бардит», они распаляют боевой пыл, и по
его звучанию судят о том, каков будет исход предстоящей битвы; ведь они
устрашают врага или, напротив, сами трепещут пред ним, смотря по тому, как
звучит песнь их войска, причем принимают в расчет не столько голоса воинов,
сколько показали ли они себя единодушными в доблести. Стремятся же они больше
всего к резкости звука и к попеременному нарастанию и затуханию гула и при этом
ко ртам приближают щиты, дабы голоса, отразившись от них, набирались силы и
обретали полнозвучность и мощь. Иные считают также, что, занесенный в этот Океан
во время своего знаменитого, долгого и баснословного странствия, посетил земли
Германии и Одиссей и что расположенный на берегу Рейна и доныне обитаемый город
Асцибургий был основан и наречен им же; ведь некогда в этом месте обнаружили
посвященный Одиссею алтарь и на нем, кроме того, имя Лаэрта, его отца; да и
некоторые памятники и могилы с начертанными на них греческими письменами и
посейчас существуют на границах Германии с Рецией. Я не собираюсь ни подкреплять
доказательствами это суждение, ни утверждать обратное. Пусть каждый в меру
своего разумения примет его на веру или отвергнет.

4. Сам я присоединяюсь к мнению тех, кто полагает, что населяющие Германию
племена, никогда не подвергавшиеся смешению через браки с какими-либо
иноплеменниками, искони составляют особый, сохранивший изначальную чистоту и
лишь на себя самого похожий народ. Отсюда, несмотря на такое число людей, всем
им присущ тот же облик: жесткие голубые глаза, русые волосы, рослые тела,
способные только к кратковременному усилию; вместе с тем им не хватает терпения,
чтобы упорно и напряженно трудиться, и они совсем не выносят жажды и зноя, тогда
как непогода и почва приучили их легко претерпевать холод и голод.

5. Хотя страна кое-где и различается с виду, все же в целом она ужасает и
отвращает своими лесами и топями; наиболее влажная она с той стороны, где
смотрит на Галлию, и наиболее открыта для ветров там, где обращена к Норику и
Паннонии; в общем достаточно плодородная, она непригодна для плодовых деревьев;
мелкого скота в ней великое множество, но по большей части он малорослый. Да и
быки лишены обычно венчающего их головы горделивого украшения, но германцы
радуются обилию своих стад, и они — единственное и самое любимое их достояние. В
золоте и серебре боги им отказали, не знаю, из благосклонности к ним или во
гневе на них. Однако я не решусь утверждать, что в Германии не существует ни
одной золотоносной или сереброносной жилы; ведь кто там их разыскивал? Германцы
столь же мало заботятся об обладании золотом и серебром, как и об употреблении
их в своем обиходе. У них можно увидеть полученные в дар их послами и вождями
серебряные сосуды, но дорожат они ими не больше, чем вылепленными из глины;
впрочем, ближайшие к нам знают цену золоту и серебру из-за применения их в
торговле и разбираются в некоторых наших монетах, отдавая иным из них
предпочтение; что касается обитателей внутренних областей, то, живя в простоте и
на старый лад, они ограничиваются меновою торговлей. Германцы принимают в уплату
лишь известные с давних пор деньги старинной чеканки, те, что с зазубренными
краями, и такие, на которых изображена колесница с парной упряжкой. Серебро они
берут гораздо охотнее, нежели золото, но не из-за того, что питают к нему
пристрастие, а потому, что покупающим простой и дешевый товар легче и удобнее
рассчитываться серебряными монетами.