И солнце высоко поднялось у них над головами, паля их жаром. И сон сморил его; и
тогда пажи из его свиты заслонили его от солнечных лучей щитами. Они сомкнули
над его головой свои золоченые щиты, и Максен уснул.

И ему приснился сон. Вот что ему снилось: что шел он долиной реки к ее истокам,
направляясь к высочайшей вершине мира. Ему казалось, что эта вершина касается
неба; и, поднявшись на нее, он увидел по другую сторону прекраснейшие и
богатейшие земли, о которых он не знал ранее. И перед ним предстала могучая река,
текущая от вершины к морю, и он двинулся к ее устью. После долгого пути он
достиг устья этой реки и увидел там крепость2, окруженную стеной с мощными
башнями разных цветов. И он увидел флот, стоящий в устье реки, и был это самый
большой флот из всех, виденных им. И еще он увидел корабль во главе флота,
величайший и красивейший из всех виденных им кораблей. И палуба корабля была
наполовину из золота, наполовину же из серебра. И от корабля на берег перекинуты
были мостки из моржовой кости3, и ему захотелось пройти на корабль по этим
мосткам. И едва он сделал это, корабль поднял паруса и отплыл в открытое море.

И вот он увидел, что приближается к прекраснейшему в мире острову, и он проплыл
рядом с ним до крайних его пределов и увидел там долины, и холмы, и высокие горы,
и цветущие плодородные земли, каких он никогда еще не видел. И после он заметил
в море другой остров, еще больший, на котором равнины были шире морей, а горы -
обширнее лесов.

И у подножия гор он увидел реку, текущую через эту страну к морю. И возле устья
реки стояла могучая и величественная крепость, и ворота ее были открыты. И он
вошел в крепость и увидел там обширный зал, потолок в котором казался сделанным
из чистого золота, стены были из полированного камня, а двери - из красного
золота.

И в зале он увидел ложа из золота и столы из серебра, и на одном ложе сидели
двое рыжеволосых мужей, играющих в шахматы. И шахматная доска была сделана из 
серебра, фигуры же на ней - из красного золота. Одеты были те мужи в парчовое
платье, и на головах их были обручи из красного золота, усыпанные самоцветами -
красными и белыми камнями, алмазами и рубинами. Hа ногах у них были надеты туфли
из кордовской кожи с полосками красного золота.

И возле одной из колонн в этом зале он увидел седовласого старца, сидящего в
кресле из слоновой кости с ручками в виде двух орлов, сделанных из красного
золота. Hа руках у него были золотые браслеты, а на пальцах - множество золотых
колец, на шее надета золотая гривна, а волосы поддерживал золотой обруч.
Поистине, величественным был его вид. В руке он держал золотую пластину, из
которой вырезал шахматные фигуры.

И напротив его в кресле из красного золота сидела дева. Легче было смотреть на
яркое солнце, чем на нее,- так она была прекрасна. И на ней было платье5 из
белого сатина с украшениями из красного золота, а поверх него плащ из золоченой
парчи. Волосы ее поддерживал обруч из красного золота с красными и белыми
самоцветами и с жемчугами, а вокруг талии обвивался пояс из красного золота.
Прекраснейшим зрелищем она была для мужского взора.

И дева, увидев его, встала со своего кресла, и он обнял ее за плечи, и они
вдвоем сели в кресло и поместились в нем не хуже, чем она одна. Hо лишь только
он обнял деву и приблизил свои губы к ее губам, как от лая собак, и ржания коней,
и звона щитов наступило пробуждение.

И, проснувшись, император не знал ни сна, ни покоя из-за девы, виденной им во
сне. Hе было части в его теле, до самых кончиков ногтей, которая не была бы
охвачена к ней любовью. Тут один из его спутников обратился к нему: "Государь,
настало время обеда". Тогда он в печали и раздумье сел на коня и направился в
Рим. И на все, что ему там говорили, он не мог ответить из-за великой печали. И
так прошла целая неделя. Когда его придворные отправлялись пировать, и
веселиться, и кататься на золотых лодках, он не шел с ними. И когда они
отправлялись слушать песни и сказания, он не сопровождал их, и хотелось ему
только спать, поскольку он надеялся во сне снова увидеть ту, кого полюбил. А
когда он не спал, то тщетно мучился, не зная, как отыскать ее.

И однажды сказал ему его паж (который, хоть и звался пажом, был королем среди
римлян): "О государь, твои слуги недовольны тобой".- "Почему же?" - спросил 
император. "Да потому, что уже неделю твои советники и все прочие не слышат от
тебя повелений, которые должны получать подданные от своего государя. Это и есть
причина их недовольства".- "Ах, юноша,- ответил император,- пусть придут ко мне
мудрейшие со всего Рима, и я поведаю им причину своей печали".

И пришли к нему мудрейшие люди Рима, и он сказал им: "О мудрецы Рима! Мне
приснился сон, и в этом сне увидел я деву. Из-за нее мне не милы теперь ни жизнь,
ни корона".- "О государь,- сказали они ему,- раз уж ты призвал нас к себе,
выслушай наш совет. Разошли за три года гонцов в три стороны света на поиски
этой девы, и пока ты не получишь от них вестей, пусть надежда питает твое сердце".

И гонцы отправились в один конец света, чтобы отыскать деву из сна. Hо,
вернувшись через год, они не знали ни словом больше, чем в первый день. И
император опечалился, думая, что никогда ничего не узнает о той, кого любит.

И затем другие гонцы отправились в другой конец света. И они, вернувшись через
год, также не знали ни словом больше, чем в первый день. И император опечалился
еще сильнее.

И тогда король римлян сказал императору: "О государь, отправляйся на охоту туда,
где был в прошлый раз, не отклоняясь ни на запад, ни на восток".

И император отправился в путь, и достиг берега реки, где ему приснился сон, и
сказал: "Вот здесь я видел сон, и я шел к истокам этой реки".

И тринадцать посланцев императора поехали в этом направлении и увидели там
высочайшую вершину, которая, как им показалось, достигала неба. А к одежде
каждого был прикреплен знак посланца, чтобы избавить их от опасностей в чужих и 
враждебных странах. И когда они поднялись на вершину, то увидели за ней обширные
земли и могучую реку, текущую к морю. И они сказали: "Вот земля, которую видел
наш государь".

И они направились к устью реки и увидели там крепость, окруженную стеной с
мощными башнями разных цветов. В устье реки стоял флот, и корабль во главе его.
И тогда они сказали: "И это наш государь видел во сне".

И они взошли на этот корабль, и пустились в плавание, и достигли Острова
Британии, и плыли вдоль него до берегов Эрири. И тогда они сказали: "Вот 
цветущая земля, которую видел наш государь".

И они поплыли дальше, пока не увидели перед собой остров Мона и Арфон. И тут 
они сказали: "Вот остров, что наш государь видел во сне".

И они вошли в устье Сейнта, где стояла крепость и увидели, что ее ворота 
открыты, и вошли внутрь. Там перед ними предстал обширный зал. "Вот,- сказали
они,- зал, который наш государь видел во сне".

Они вошли в зал и увидели двух мужей, играющих в шахматы на золотом ложе. И
увидели седовласого старца в кресле из слоновой кости, вырезающего из золотой
пластины шахматные фигуры, и увидели деву, сидящую в кресле из красного золота.
И посланцы склонились к ее ногам и сказали ей: "О императрица Рима, приветствуем
тебя!" - "Друзья мои,- сказала им дева, - я вижу у вас знаки посланцев. Что за
шутку решили вы сыграть со мной?" - "Мы не шутим, госпожа. Император Рима увидел
тебя во сне и потерял из-за тебя покой. Поэтому ответь нам, отправишься ли ты с
нами в Рим, чтобы сделаться императрицей, или ты желаешь, чтобы император сам
явился сюда и взял тебя в жены?" - "Друзья мои, - ответила дева, - я верю тому,
что вы говорите. Hо если император действительно любит меня, пусть он придет
сюда и возьмет меня в жены".

День и ночь посланцы скакали назад, меняя по пути загнанных коней на свежих.
Когда они прибыли в Рим, то явились к императору и рассказали ему обо всем, что
видели. И они сказали ему: "Государь, мы проведем тебя по морю и по суше до
места, где живет та, кого ты любишь, и скажем тебе ее имя, и родство, и
положение".

Император немедля собрал войско и отправился в поход, а эти люди вели его. И они
достигли Острова Британии, переплыв море, и в сражении отвоевали этот остров у
Бели, сына Маногана, и его сыновей, и прогнали их за море. И император 
направился в Арвон и узнал там место, которое он видел во сне. И когда он увидел
крепость Абер-Сейнт, то сказал: "Друзья мои, в этой крепости я встретил свою
любовь".

И он вошел в ворота и увидел зал; и там играли в шахматы Кинан и Адеон, сыновья
Эудафа, сына Карадауга12. И он увидел самого Эудафа, сидящего в кресле из
слоновой кости и вырезающего шахматные фигуры. И увидел деву из своего сна,
которая сидела в кресле из красного золота. "О императрица Рима,- сказал он,-
приветствую тебя!" И он обнял ее, и в ту же ночь она стала его женой.

И на следующий день императрица потребовала выкуп за свое девство, и он
предложил ей назначить любой выкуп. И она попросила для своего отца Остров
Британии от Ворруда13 до Ирландского моря и три прилегающих острова, а для себя
- три мощные крепости в тех местах Острова Британии, что она выберет сама. И
самая могучая крепость для нее была выстроена в Арфоне, и там размещались
римские воины, охраняющий сон и покой императора. Две другие крепости,
выстроенные для нее, стояли в Каэрлеоне и Каэр-Фирддин. 

И однажды император выехал на охоту из Каэр-Фирддин и добрался до вершины Френи-Фаур,
где раскинул шатер. С тех пор это место зовется Кадейр-Максен, а Каэр-Фирддин 
назван так потому, что его строило множество людей. 

Кроме того, Элен попросила проложить для нее дороги от одной крепости к другой,
и это было сделано. И до сих пор эти дороги зовутся Элен Лиддауг, ибо она была
родом из этой страны, и благодаря ей возникли эти дороги. 

Семь лет прожил император на Острове Британии. А в то время у людей Рима был
обычай: если император пробудет в другой стране более семи лет, то он должен
остаться там и не возвращаться в Рим. И потому они избрали себе другого
императора, и он послал Максену письмо, полное угроз. Он грозил ему смертью,
если тот вернется в Рим. Это письмо нашло Максена в Каэрлеоне, и он тут же
послал ответ человеку, объявившему себя императором в Риме. И в этом письме он
написал, что скоро вернется в Рим и предаст его смерти.

Вслед за этим Максен со своим войском двинулся на Рим и завоевал Францию,
Бургундию и все страны до самого Рима и осадил город Рим.

Целый год длилась осада, но победа казалась не ближе, чем в первый день. Тогда
на помощь ему отправились братья Элен с Острова Британии с громадным войском, в
котором было вдвое больше воинов, чем людей во всем Риме. Императору доложили,
что рядом с его войском встало лагерем другое и что никто еще не видел войска
более многочисленного и лучше вооруженного.

И Элен вышла посмотреть на это войско и увидела знамена своих братьев. После
этого Кинан и Адеон, сыновья Эудафа, пришли к императору, и он был рад их видеть.

И они пошли к осажденному городу, и Кинан сказал брату: "Мы можем взять его
хитростью". И ночью они тайком измерили высоту стен, и послали плотников в лес,
и изготовили лестницы для каждых четырех воинов. И когда все было готово, два
императора, каждый в своем лагере, сели обедать, и, пока они не встали из-за
стола, бой не начинался. Hо люди Британии продолжали пир до утра, и пили, и
веселились. 

Пока два императора пировали, бритты подобрались к стене, приставили к ней
лестницы и взобрались на нее. Hе успел новый император взяться за оружие, как
они ворвались и убили его, а с ним еще многих. Три дня и три ночи они бились с 
жителями города, пока не одолели их.

И Максен сказал Элен: "Я очень удивлен, госпожа,- сказал он,- что твои братья не
спешат вернуть мне власть над городом".- "Государь император,- сказала она,- мои
братья только что одолели твоих врагов. Попроси их вернуть тебе город, и они не
замедлят это сделать".

Вслед за этим император и Элен приблизились к стенам города. И братья сказали им,
что люди Британии взяли город и вручают его законному повелителю. И люди Рима
принесли ему клятву верности.

Тогда император сказал Кинану и Адеону: "Друзья мои, я обязан вам властью и
жизнью и отдаю вам все это войско, чтобы вы завоевали с ним ту часть мира, какую
захотите".

И они отправились в путь и завоевывали земли, и замки, и укрепленные города; там
они убивали всех мужчин, а женщин оставляли в живых.

И так продолжалось до тех пор, пока юноши, отправившиеся с ними в поход, не
поседели в сражениях. И тогда Кинан спросил Адеона, своего брата: "Чего ты
желаешь, - спросил он, - остаться в этой стране или вернуться на родину?" И тот
решил вернуться на родину, и многие пошли с ним; а Кинан с прочими остался в той
стране и жил там.

И они решили отрезать языки женщинам, дабы те не испортили их наречие. С тех пор
люди Бретани зовутся Ллидау из-за молчаливости их женщин. И те, кто живет в
Бретани, до сих пор говорят на их языке. 

И эта история называется Видение Максена Вледига, императора Рима, и таков ее
конец

Спонсором страницы является доска бесплатных объявлений, совершенно бесплатно вы сможете разместить свое объявление